Федор Сологуб. Письма
Федор Сологуб — Анастасии Чеботаревской. 26 января 1916 года
Милый Малим,
В Новочеркасске все было очень хорошо. Читал я в городском клубе. Акустика неважная, зал слишком длинный, но слушали очень внимательно. Публики было 737 человек; цены от 3 р. первый ряд до 25 к. ученические; ученических было 410, входных по 50 к.— 63. Весь сбор 445 р., расходы (включая и 5% за устройство лекции) — 114 р., так что мне пришлось 331 р., т. е. даже больше, чем в Ростове. Успех был очень большой, и среди молодежи, и среди взрослой публики. Городской голова Дронов и его жена просили меня повторить или прочесть другую лекцию в пользу высших женских гимназий. Новочеркасск оказывается очень учебным городом: здесь есть политехнический институт, высшие женские курсы, ветеринарный институт, учительский инст<итут>, духовная семинария, еще что-то, т<ак> ч<то> учащейся молодежи много. Сам город производит впечатление довольно сонного. Оживление только на Платовском проспекте. Улицы очень широкие, бульвары, тополя; здания больше одноэтажные; гимназисты в штанах с красными лампасами, казачьи.— Уехал я из Новочеркасска 25<-го> утром, в 11 ч., со скорым поездом; в Козлов приехал в 4 ч. ночи, устроился в Северной гостинице1; это — вроде курского «Бель-Вю», но поуютнее и почище.— Все это время от Курска было так занято переездами, разговорами и прочею ерундою, что совсем не было времени хорошенько подумать об Оскаре Уайльде. Набросал полтора почтовых листка, и посылаю их Тебе одновременно, но в другом конверте2.— Пиши, как дела. Думаю, что теперь успеешь написать только в Уфу.— Миленькая Малим, как Ты доехала и как себя чувствуешь? Пиши и телеграфируй почаще.
Целую Тебя крепко.
Твой Малим.
Из Казани телеграфируют, что лекция не разрешена. На всякий случай я послал туда программу лекции о театре; м<ожет> б<ыть>, успеем устроить. Относительно прений не напишешь ли Ты проф. Ивановскому3,— у меня нет его адреса, и не помню, как его зовут.
1. В открытке, отправленной жене 28 января (на следующий день), Сологуб извещал: «Сегодня буду читать в Козлове, сегодня же ночью уеду в Самару». С лекцией «Россия в мечтах и ожиданиях» Сологуб выступил в Козлове 27 января в помещении Современного электротеатра. Местный журналист Борис Протопопов писал в репортаже о лекции: «...не звучный и не красочный голос лектора вместе с отсутствием внутреннего огня, может быть, и гармонировали с понятием мечты, с теми смиренными песнями, о которых он говорил, но не звали к восприятию «действенной» мечты, которая, собственно, и являлась главной его целью» (Козловский земский вестник. 1916. № 11. 4 февраля).
2. Речь идет о тексте, приготовленном Сологубом для произнесения на вечере в память Оскара Уайльда, который устраивала в Петрограде Чеботаревская. Во вступительном слове Сологуба «Художник как жертва» (прочитанном на вечере гр. В. П. Зубовым) Уайльд трактовался как «величайший мученик века, выразивший собой идею художественной обреченности и показавший значение страдания и его красоты» (Театр. Вечер поэтов // Женские новости. 1916. № 20. 5 февраля). Вечер поэтов, посвященный памяти Оскара Уайльда, в пользу Лазарета Деятелей Искусств состоялся 30 января 1916 г. в Художественном бюро Н. Е. Добычиной (Марсово поле, 7); кроме речи Сологуба в программу были включены выступления Н. Н. Евреинова («Театральность Уайльда»), М. А. Кузмина («Эстетизм Уайльда»), К. Д. Бальмонта («Оскар Уайльд, как солнечник»), К. И. Чуковского («Судьба Уайльда»), а также в исполнении артистов произведения Уайльда и сцены из его пьес (см.: ИРЛИ. Ф. 289. Оп. 6. № 56. Л. 81-82). Приуроченная к 15-летней годовщине смерти Уайльда статья Чеботаревской (помещенная за подписью Сологуба) «Художники как жертвы» была опубликована в «Биржевых ведомостях» (Утр. вып., 1916. № 15408. 27 февраля).
3. Владимир Николаевич Ивановский (1867-1931) — философ, профессор Казанского университета; друг Вяч. Иванова (см. коммент. О. Дешарт в кн.: Иванов Вячеслав. Собр. соч. Брюссель, 1971. Т. 1. С. 863-864) и Александры Чеботаревской (см. его письма к ней: ИРЛИ. Ф. 189. № 96).
Источник: Неизданный Федор Сологуб. Москва: Новое литературное обозрение, 1997. — 576 с.