Я ноги в ручейке омыла...

                  * * *

Я ноги в ручейке омыла,
Меня томил полдневный зной.
В воде прохладной так мне было
Приятно побродить одной.

Но тихий плеск воды услышал
Тирсис у стада своего.
На берег ручейка он вышел,
И я увидела его.

О чём он говорил, не знаю,
Но он так нежно говорил,
И вот теперь я понимаю,
Что он меня обворожил.

Я, расставаясь с ним, вздыхала.
Куда-то стадо он увёл.
Я целый день его искала,
Но, знать, далёко он ушёл.

Всю ночь в постели я металась,
На миг я не закрыла глаз,
Напрасно сна я дожидалась,
И даже плакала не раз.

Когда румяною зарёю
Восток туманы озлатил,
Мне стало ясно, что со мною:
Тирсис меня обворожил.

Теперь мне страшно выйти в поле
И страшно подойти к ручью,
Но всё ж я вышла поневоле,
И вот я у ручья стою.

Вода ручья меня пугает,
Я пламенею и дрожу,
Рука же юбку поднимает,
И робко я в ручей вхожу.

Тирсис к ручью идёт с улыбкой.
Ручей меня не защитил,
Не сделал золотою рыбкой:
Тирсис меня обворожил.

28 апреля (11 мая) 1926 года