Федор Сологуб. Стихи
Ирина (Помнишь ты, Ирина, осень...)
ИРИНА
Помнишь ты, Ирина, осень
В дальнем, бедном городке?
Было пасмурно, как будто
Небо хмурилось в тоске.
Дождик мелкий и упорный
Словно сетью заволок
Весь в грязи, в глубоких лужах
Потонувший городок.
И тяжёлым коромыслом
Надавив себе плечо,
Ты с реки тащила воду;
Щёки рдели горячо...
Был наш дом угрюм и тесен,
Крыша старая текла,
Пол качался под ногами,
Из разбитого стекла
Веял холод; гнулось набок
Полусгнившее крыльцо...
Хоть бы раз слова упрёка,
Ты мне бросила в лицо!
Хоть бы раз в слезах обильных
Излила невольно ты
Накопившуюся горечь
Беспощадной нищеты!
Я бы вытерпел упрёки,
И смолчал бы пред тобой
Я, безумец горделивый,
Не поладивший с судьбой,
Так настойчиво хранивший
Обманувшие мечты
И тебя с собой увлёкший
Для страданий нищеты.
Опускался вечер тёмный
Нас измучившего дня, —
Ты мне кротко улыбалась,
Утешала ты меня.
Говорила ты: «Что бедность!
Лишь была б душа сильна,
Лишь была бы жаждой счастья
Воля жить сохранена».
И опять, силен тобою,
Смело я глядел вперёд,
В тьму зловещих испытаний,
Угрожающих невзгод.
И теперь над нами ясно
Вечереют небеса.
Это ты, моя Ирина,
Сотворила чудеса.
1 октября 1892 года
Примечания:
Печатается по: Сологуб Федор. Собрание сочинений: В 20 т. Т. 13. Жемчужные светила. Стихи. СПб.: Сирин, 1913.
Ирина — газета «Петербургская жизнь». 1897. № 245. 13 июля, под заглавием «О былом», варианты ст. 1: «Помнишь, милая, ту осень», ст. 13: «Дом наш был угрюм и тесен», ст. 44: «И томительных невзгод», строфы 12:
И добились мы победы! Это ты, моя краса, Силой воли терпеливой Сотворила чудеса.
Приводим рукописный вариант стихотворения без заглавия:
Помню: тяжким коромыслом
Надавив себе плечо,
Ты с реки носила воду;
Щёки рдели горячо...
Ты была в одежде рваной,
Ты ходила босиком;
Ты, воспитанная в холе,
Убивалась над трудом.
Был наш дом угрюм и тесен,
Крыша старая текла,
Пол качался под ногами,
Из разбитого стекла
Веял холод; гнулось набок
Полусгнившее крыльцо...
Хоть бы раз слова упрёка,
Ты мне бросила в лицо!
Помнишь ты, подруга, осень
В захолустном городке?
Было пасмурно, и сердце
Надрывалося в тоске.
Дождик мелкий и упорный
Словно сетью заволок
Весь в грязи и топких лужах
Потонувший городок.
Над рекой туман клубился.
Резкий ветер холод нёс
И трепал, сердито воя,
Ветки голые берёз.
Хоть бы раз, невольно плача,
Излила невольно ты
Накопившуюся горечь
Беспощадной нищеты!
Я бы вытерпел упрёки,
Я смолчал бы пред тобой
Я, — безумец горделивый,
Не поладивший с судьбой,
Так настойчиво хранивший
Лучезарные мечты
И тебя с собой увлёкший
Для страданий нищеты!
Опускался вечер тёмный
Нас измучившего дня, —
Ты мне кротко улыбалась,
Утешала ты меня.
Говорила ты: Что бедность!
Лишь была б душа сильна,
Лишь была б надеждой счастья
Среди бед сохранена!»
И опять, силён тобою,
Смело я глядел вперёд,
В тьму зловещих испытаний,
Угрожающих невзгод.
И купили мы победу...
Это ты, моя краса,
Силой воли терпеливой
Сотворила чудеса!
И теперь, когда на склоне
Нас утешившего дня
Нам никто не помешает,
Не спеши зажечь огня,
И не прячь, мой друг, стыдливо
От меня прекрасных ног.
С них я с лаской осторожной
Обувь тесную совлёк,
И целую я тихонько
Стройных ножек алый след.
Поцелуев стоят эти
Ножки милые, мой свет.
Ножки, выросшие в холе,
В береженьи и в тепле,
Но ходившие так смело,
Необуты, по земле.
(Строфы 1-8 датированы 1 октября, 9-11 — 3 октября, 12 — 6 октября, 13-18 — 22 октября 1892 г.)
Источник: Сологуб Ф. Собрание стихотворений. Т. 4. СПб.: Навьи Чары, 2002. — 560 с.